Как открыли Пиросмани
Духан у вокзала, футуристы из Петербурга и выставка в Москве: 1912-1913.
1912
До 1912 года Нико Пиросмани не имел никаких связей с художественным миром Тифлиса. Он писал вывески и панно для духанов, лавок и торговцев, брал за это небольшие деньги и жил в нищете. Заказчики видели в его работах оформление заведения, а не искусство. Кстати, о материале: расхожая история, будто он писал на клеёнках, снятых со столов духана, идёт от Паустовского и неверна. Клеёнку он покупал, чёрную, матовую, техническую, и оставлял её незакрашенной там, где это было нужно.
В 1912 году Кирилл Зданевич, тифлисец, учившийся живописи в Петербурге, привёз к себе домой друга, художника Михаила Ле-Дантю. Они ходили по старому городу и зашли в духан «Варяг» возле вокзала. На стенах висели картины, которые никак не походили на обычную трактирную живопись. Автора они сначала не знали. Ле-Дантю купил одну из работ, по воспоминаниям, «Пирушку мышей», написанную маслом на клеёнке, и дальше началось хождение из духана в духан: картин находилось всё больше. Точная дата спорна: справочники говорят о лете 1912 года, исследователи Ле-Дантю относят находку к концу марта.
Так они вышли на самого Нико Пиросманашвили. Кирилл стал покупать у него работы и заказывать новые, и постепенно собрал коллекцию. Главное же, что сделали Зданевичи и Ле-Дантю, было не собирательство, а смена оптики: то, что горожане считали вывесочным ремеслом, они увидели рядом с европейским авангардом, которым сами занимались.
Младший брат, Илья, к тому времени уже был в футуристическом кругу Михаила Ларионова и Наталии Гончаровой и умел устраивать шум. Десятого февраля 1913 года он напечатал в тифлисской газете «Закавказская речь» статью «Художник-самородок», одну из первых публикаций о Пиросмани. Двадцать четвёртого марта того же года в Москве, на Большой Дмитровке, открылась футуристическая выставка «Мишень», и там, рядом с Ларионовым и Гончаровой, висели картины Пиросмани, привезённые Ильёй из Тифлиса; среди них называют «Девушку с кружкой пива», «Оленя», натюрморт и портрет самого Ильи Зданевича.
Дальше интерес пошёл вширь: о Пиросмани написал в газете «Закавказье» Е. Псковитинов, его живописью занялись молодые художники Давид Какабадзе и Ладо Гудиашвили, а Дмитрий Шеварднадзе стал собирать коллекцию. Пятого мая 1916 года в мастерской Кирилла Зданевича прошла однодневная выставка работ Пиросмани, и художника пригласили в только что созданное Общество грузинских художников. На жизни это почти не сказалось: сухой закон 1914 года лишил его заказов на вывески для питейных заведений, и седьмого апреля 1918 года он умер в Тифлисе от голода и болезни. Место могилы неизвестно.
У истории есть длинный хвост. В 1972 году Илья Зданевич, давно уже парижанин Ильязд, издал книгу «Пиросманашвили 1914»; портрет художника для неё сделал офортом Пабло Пикассо и подписал издание в декабре, за четыре месяца до собственной смерти. От стены духана у тифлисского вокзала до руки Пикассо прошло шестьдесят лет.